"Чистый язык" и внимательная жизнь
Эта статья — расшифровка интервью, которое я дала в прошлом году Елене Олешкевич для подкаста "Неформат". Мы поговорили о том, как я пришла к "Чистому языку", и как он работает в обычной жизни; о навыках, которые нужны ребенку в современном мире; как научиться воспринимать всё, что с тобой в жизни происходит, как некое приключение, из которого ты можешь выйти тем или иным образом; об исследовательском отношении к жизни; о значении внимательного присутствия в работе преподавателя и коуча; о чудесах, которые происходили с моими клиентами в ходе сессий "Чистого языка"; об облаках в нашем уме, которые мешают увидеть ситуацию, как она есть.
Эта статья — расшифровка интервью, которое я дала в прошлом году Елене Олешкевич для авторского подкаста "Неформат". Его можно послушать по ссылке: Таковость. Чистый язык Катерины Гердзюшевой. Наше общение началось с того, что Лена пришла ко мне на сессию Чистого языка, чтобы сдвинуть с мертвой точки проект о том, как учить людей писать живые тексты. После сессии у Лены, как она рассказывает в прологе подкаста, осталось очень приятное послевкусие и от нашей работы, и от самой техники Чистого языка, и от того, как я её вела. В результате возникла идея рассказать об этом подходе другим людям. Так я стала собеседницей Лены в первом выпускеподкаста "Неформат".

Чистый язык — это способ работы с личными запросами, который позволяет через глубинные метафоры исследовать внутренний ландшафт клиента, не загрязняя его своими интерпретациями, и благодаря этому помогать клиенту понять, как он устроен, прояснять сложные ситуации и находить наилучшие решения. Происходит это через языковую модель (набор чистых вопросов и специальный подход к их задаванию), которая была разработана в 80-х годах новозеландским терапевтом Дэвидом Гроувом.

Позже возник метод "Чистый язык и символическое моделирование", который был разработан Пенни Томпкинс и Джеймсом Лоули на основе работ Дэвида Гроува. Этот подход работает с внутренним пространством каждого человека через его метафорические конструкции.

Кейтлин Уолкер адаптировала метод для работы с группами, разработав подход "Чистый язык и системное моделирование". Совместно со Светланой Шаповальянц она также создала подход DramaFree, который посредством использования языковой модели "Чистого языка" дает возможность людям слушать и слышать друг друга «насквозь», конструктивно общаться во время конфликта, делать обучение более эффективным.

— Расскажи подробнее, как ты пришла к "Чистому языку", и что тебя привело вообще к знакомству с ним.

Последние два года [интервью было в 2018 году] я в основном занимаюсь тем, что преподаю практику внимательности, медитацию майндфулнес, детям и взрослым. И с чистым языком я познакомилась тоже через практику внимательности. В одной из семейных школ, где я преподавала, и дети, и родители, и учителя были знакомы с этой техникой и постоянно её использовали. И когда у них возникали какие-то конфликтные ситуации, как это частенько бывает среди детей: где-то кто-то как-то поссорился, чем-то был недоволен — они всегда использовали Чистый язык, чтобы такую ситуацию прояснить, и понять как она вообще может быть разрешена. Я на всё на это смотрела, общалась со Светой Шаповальянц, мамой мальчика Миши, и стала таким образом интересоваться. Сначала я думала, что буду Чистый язык использовать в преподавании. Я предполагала, что это может помочь мне уточнять запрос, который у человека есть к практике медитации, что это может помочь проводить рефлексию. Потом, когда я прошла у Светы и Сабины Кулиевой обучение, я поняла, что Чистый язык — это совершенно волшебный самостоятельный инструмент, который может использоваться, как есть, в контексте терапевтической и коучинговой работы — и в контексте терапевтический работы, и в коучинговой, и просто в жизни он замечательно используется.

— А если бы тебя попросили буквально в двух словах рассказать, что такое «чистый язык», что бы ты ответила?

Если говорить о "Чистом языке" в повседневном общении, то это коммуникация без драмы. Мы часто находимся в состоянии драмы: мы чем-то недовольны, нам кажется, что к нам относятся с агрессией, мы начинаем защищаться — и, собственно, именно это приводит к конфликтам и недоразумениям, которые возникают в коммуникации. А чистый язык — это подход без драмы. Ты просто выясняешь, что происходит прямо сейчас, и как можно с этим наилучшим образом взаимодействовать. И всё.

— Скажи, вот если бы ты обучала детей каким-то самым таким основным и необходимым навыкам для счастливой жизни, что бы это было?

Ха. Какой хороший вопрос. Навыки счастливой жизни. Наверное, я сейчас не смогу на языке, понятном ребёнку, сформулировать точно, но это навык принимать то, что с тобой происходит. Не иметь лишних ожиданий по поводу реальности. И воспринимать всё, что с тобой в жизни происходит, как некое приключение, как опыт. Вне зависимости от того, какой он, можно отнестись к нему, как к некому приключению, из которого ты можешь выйти тем или иным образом. Желательно, наилучшим, конечно. Ну, и естественно, ещё один навык, который необходим — это умение на себя опираться. Возвращаться к себе, доверять себе, своим собственным ощущениям. Уметь себя хорошо чувствовать и знать, что мне надо в данный конкретный момент. Собственно, это то, что называется "практикой внимательности", — я поэтому так её люблю, и поэтому мне кажется так важно передавать её детям, чтобы ребёнка с раннего возраста научить навыкам управления вниманием, ясности, равностного ко всему отношению. Потому что это помогает сохранять внутреннее равновесие. Не вовлекаться очень сильно эмоционально в то, что происходит, но при этом быть живым. Быть по-настоящему живым и радостным.

— Мне вообще кажется, что у тебя есть такое качество отношения к происходящему, вовлечённо-приключенческое, исследовательское. "Ага, а что дальше? А про что это?" Это, на самом деле, не такой частый взгляд на жизнь.

Пожалуй, да. Он начал развиваться, когда я стала заниматься медитацией и практикой внимательности. Это ключевой момент в практике — с любопытством относиться к своему опыту, с исследовательским интересом. А несколько лет назад, когда я только начала заниматься практикой, со мной произошла забавная история в Индии. Мы с моим бывшим мужем поехали смотреть местную достопримечательность, Сады Пенджаба. Это было на севере Индии, мы там гостили у наших друзей, которые жили в математическом кампусе вместе с двумя детьми. Там было не особенно-то весело — математический кампус, вокруг вообще непонятно, что... Мы съездили в Чандигар, довольно интересный город, и решили поехать в Сады Пенджаба. Туда нужно было ехать со станции, которая была вообще богом забытым местом, невозможно было посмотреть расписание, не было никакого сайта, поэтому мы просто туда приехали с утра с нашей компанией, с их детьми, и обнаружили, что автобус, на котором мы должны поехать, будет только через два часа. Два часа на станции, полная скукотища. Решили подождать. Мы там были единственные белые люди, естественно, и привлекали взгляды немногочисленных индийских сотоварищей, которые тоже ждали автобуса. Дети, естественно, ныли. Им было, по-моему, шесть и восемь лет. И вот, наконец, автобус приехал. Мы даже как-то не успели подняться со своего места — мы ожидали, что он сейчас подъедет, остановится, все спокойно выйдут, мы спокойно зайдём... Мы уже купили билеты... Но он не остановился. Он просто открыл двери. Оттуда все высыпали, и тут мимо нас пронеслась какая-то толпа индийских школьников и школьниц, и они буквально заполнили автобус, повиснув на дверях. На этом автобус закрыл двери и уехал. И всё, мы остались снова на станции в полном шоке от того, что же, собственно, произошло, как так вышло. Следующего автобуса уже не было. И тогда Рома, — так звали нашего друга, — сказал: «Ребята, мне кажется, мы можем поехать домой. У нас было прекрасное приключение. Мы вообще здесь не зря потратили время. Я доволен. Сейчас пообедаем — и домой отправимся. Приключений с нас достаточно». Потому что вы хотите посмотреть какие-то дворцы, фонтаны, сады — а вот она жизнь происходит. Вот то, как мы здесь стояли, скучали там в этой пыли. Мимо нас проходили люди в интересной одежде, кто-то нас рассматривал, кого-то рассматривали мы, какая-то жизнь текла — и вот это и есть самое интересное, что произошло нами сегодня, вот на это обратите внимание. Ну, в итоге, конечно, дети сказали, ну как же так, давайте поедем, всё-таки, в эти сады, и мы взяли такси и поехали туда. Сады были довольно красивые — но на самом деле ничем не запоминающиеся. Сады как сады, некие фонтаны, дворец... Красиво, но не то, что я буду помнить спустя годы. А вот эту ситуацию, которая показала мне, что жизнь здесь, рядом с нами, и мы можем воспринимать всё, что с нами происходит, как некое приключение — пусть даже это приключение, в котором мы два часа прождали на автобусной станции, а потом автобус приехал и уехал, а мы в нём не оказались. Качество такого любопытства, интереса и радости по отношению к жизни — вот это я проношу с собой сквозь годы.

— Да чудесная, аллегоричная история. Я заметила во время наших с тобой сессий, что ты очень точно копируешь мои жесты. Часто не только жесты руками, но и мимику. Поворот головы, какие-то микродвижения. В обычной коммуникации мы друг друга так не копируем. И я почувствовала очень интересное ощущение. Словно, во-первых, меня действительно очень внимательно слушают, и второе — что это каким-то образом мне помогает. Я не понимаю, как, но как будто это ещё точнее меня настраивает на внимание к себе, к своим ощущениям и к тому, какие ответы я даю, где я их ищу. Что это за механизм такой?

Сам механизм ты уже описала. Я, действительно, направляю максимум своего внимания на процесс сессии, на человека, с которым я эту сессию провожу, и на ту метафору, которая перед нами разворачивается. Глубина этого внимания действительно помогает раскрываться каким-то вещам, которые до этого были скрыты. Собственно, это суть «чистого языка», вот это качество внимания. Мы вместе направляем твоё внимание на то, что с тобой происходит, на то, как устроен внутренний ландшафт, какие там есть связи, как они проявляются, до тех пор, пока ты не сможешь это делать сама. Если бы каждый человек мог так с собой взаимодействовать, ему и не нужен был бы ни фасилитатор, ни терапевт, ни кто-то ещё. Если бы ему хватало своего внимания и способности выдерживать самого себя в этом процессе, тогда ему не нужна была бы помощь. Я использую техники, которые есть в моем подходе практики внимательности: я слушаю сердцем, оттуда направляю внимание на клиента и на метафору и просто наблюдаю, как всё разворачивается. Иногда я вижу, что в какую-то область не хочется идти, возникает сопротивление внутри сессии. Вроде бы есть что-то важное, а смотреть туда не хочется. Тогда я могу отойти на какое-то время. Потом мы можем снова туда вернуться. Я замечаю, что у человека во время появляется ресурс посмотреть на что-то более глубокое и важное. Во-первых, благодаря качеству внимания фасилитатора ты понимаешь, что тебя принимают. Всё что ты говоришь, всё, что внутри тебя происходит, достойно внимания, достойно заботы, достойно того, чтобы быть обогретым вниманием. Как бы обнятым. И когда это объятие происходит, возникает ресурс, который даёт возможность получить доступ к чему-то более глубокому, к ключам, которые помогают выяснить, как решить ситуацию.

— А что с тобой происходит, когда ты ведёшь сессии? Что тебе даёт, как Кате, эта работа?

Понимание того, что каждый человек может наилучшим для себя, максимально экологичным образом разобраться в ситуации и принять решение. Что на самом деле ему мой совет не нужен. Когда мы взаимодействуем с каким-то человеком, с его опытом, у нас возникает множество ассоциаций с самими собой, вспоминание — а вот у меня было так, а может быть, вот это могло бы помочь, — как мы обычно и делаем. Мы начинаем рассказывать о том, что у нас было похоже, давать какие-то советы — в чистом языке это совершенно невозможно. Я не могу ничего сказать из себя, как из Кати, по большому счёту. Я могу просто наблюдать. Иногда мне кажется, что вот нужно было бы сессию в какое-то другое русло повернуть — и я смотрю, откуда возникает это ощущение: оно возникает из головы или из интуитивного понимания, куда нам пойти. Какое слово сейчас важно. Какое пространство сейчас важно. Где и как сессия может наилучшим образом раскрыться. Если это из головы, то я это просто отсекаю. Я говорю себе: "Нет, ты здесь не можешь помочь. Ты здесь ничего не можешь сделать по большому счёту. Ты можешь только помогать выяснять". Поэтому обычно меня в сессии как Кати нет. Она иногда появляется. У неё возникают какие-то идеи — но я стараюсь себя из этого исключить максимально.

— А тебе как клиенту нужны сессии чистого языка?

Мне как клиенту в чистом языке очень интересно. Я люблю этот подход, у меня есть к нему склонность. Как Света Шаповальянц сказала, я "чипирована" чистым языком, он будто вживлён в меня. Я легко захожу в пространство метафоры, и бывает такое, что мне начинают задавать какие-то вопросы, а я говорю: «Не-не, подождите! Я сейчас сама, я всё вижу». Мне очень легко в нём.

— Ты могла бы, если это уместно сейчас, привести примеры сессий, когда люди заходили с конкретными запросами, с ожиданием какого-то результата в конце сессии — и по окончанию сессии или позже ты получила обратную связь, что запрос реализовался, и это для тебя было неожиданно?

В первую очередь я хотела бы сказать, что истинный запрос и тот запрос, с которым клиент приходит на сессию, — не всегда один и тот же запрос. Потому что в запрос тоже нужно уметь смотреть и определять его для себя. И очень часто клиент приходит на сессию с одним запросом, а потом оказывается, что там важно-то совсем другое. И конечно, есть очень конкретные запросы, но в моем опыте, если взять 80% сессий, то там запросы можно легко разделить всего на несколько категорий:

• Это поиск внутренней опоры вместо того, чтобы опираться на внешний мир, на другого человека, на чужое мнение.

• Это то, что можно назвать «пробуждением к жизни», когда понимаешь, что ты где-то застрял, и вот где-то, за поворотом начинается твоя жизнь, и тебе нужно сделать шаг в эту сторону, шаг за край — и как это сделать.

• И это работа с внутренним ресурсом, чтобы понять, куда мой внутренний ресурс уходит, и как я могу наилучшим образом его использовать, чтобы не тратить впустую.

• И, конечно, про коммуникацию и про границы: границы в семье, на работе, с другими людьми вообще.

И как раз, если говорить о границах, я вспоминаю одну очень красивую сессию. Мы исследовали, как девушка взаимодействует с мужчинами. Возникла очень красивая метафора — метафора комнаты, в которую она приглашает других людей, а они там ведут себя самым разным образом. И если человек относится с заботой к тому, что он видит, с вниманием, с любовью, — то там начинает звучать внутренняя музыка... — у меня прям мурашки сейчас побежали по коже, — внутренняя музыка звучит, и тогда всё раскрывается. Но иногда человек приходит в эту внутреннюю комнату, и он не снимает обувь, и он распахивает ногой дверь, — и в этот момент комната исчезает, и девушка исчезает. Возникает недопонимание, и желание, чтобы эта коммуникация прекратилась. И при этом желание, чтобы произошло что-то по-настоящему живое. Открытое, искреннее, естественное. И вот, наша сессия — она была про это. В конце концов она вылилась в исследование, как вообще моя клиентка взаимодействует с людьми, не только с мужчинами, как она может устанавливать границы, приглашать в своё личное пространство людей, которые этого по-настоящему достойны, которые ей нравятся. Как она может выходить из этой комнаты. Потому что когда есть страх, что любой зайдёт в твою комнату и там тебя обидит, — конечно, очень сложно коммуницировать по-настоящему открыто и естественно. Через какое-то время, ко мне пришла её подруга по рекомендации, и она мне сказала: представляете, подруга рассказала мне, что в результате вашей с ней сессии она поняла своё предназначение. Вот это для меня было совершенно удивительно. Что через эту сессию человек понял про себя что-то на столько глубокое, что он понял, в каком вообще ему направлении по жизни двигаться.

— Очень красиво. Ты знаешь, когда я изучала твой сайт и читала о тебе и о методе чистого языка, меня поразило качество текстов. Мне иногда сложно сказать вообще, в чём текст хорош или плох — но не потому, что я этого не понимаю, а потому что есть такие едва уловимые вещи, которые на это качество влияют больше всего. У меня было такое ощущение, что ты, действительно либо чипирована, как ты сказала, вот навыком чистого языка, либо он у тебя так здорово развился, что ты уже перенесла его в письменную речь. Расскажи, как это у тебя происходит. Ты всегда писала? На сколько тебе помог чистый язык в том, чтобы формулировать мысли письменно? Как ты соотносишь навык восприятия в парадигме, так скажем, чистого языка и свои способности выражаться через письменное слово?

Можно сказать, что я всегда писала понемногу. Я в школе собиралась поступать на журфак, в итоге выбрала режиссуру рекламы, но потом я ушла на телек, и там писала довольно много сценариев, текстов, подводки — к новостным сюжетам, к сюжетам документальных фильмов. И потом, когда я стала заниматься практикой внимательности, стало ясно, что людям надо об этом рассказывать максимально понятным языком, без лишних заумствований. Так, чтобы человек понял, о чём это вообще, как это ему может помочь. И для меня наиболее важно передавать свой опыт. Я всегда пишу из себя и по большей части про себя, про то, как я это чувствую. Поэтому, может быть, у меня не очень хорошо получается писать какие-то большие статьи, где был бы какой-то анализ, разные методы, подробно — и с критикой, и с выводами. Но у меня, кажется, довольно неплохо получается писать такие, условно, потоковые тексты, в которых я опираюсь на свой опыт и рассказываю о том, как это может происходить. Как мне помог чистый язык в этом? Честно, мне так сложно ответить на этот вопрос... Всё на нас влияет в той или иной степени.

— Но сознательно ты не переносила его принципы в свою работу над текстом? Мне не с чем сравнить, я не знала Катю до знакомства с чистым языком, только после. Но какое-то тонкое, едва уловимое ощущение, что эта практика как-то влияет на письменную речь, у меня есть.

Я действительно не переносила сознательно принципы чистого языка в процесс написания текстов. Но я полагаю, что поскольку он влияет на устную речь, то он, скорее всего, влияет и на письменную.

— Вот самом названии есть, мне кажется, противопоставление: «чистый язык» — «грязный» язык. Есть ли эта «дуальность» в твоём восприятии?

У меня внутри нет такого жёсткого разделения. Мне исамо выражение «грязный язык» не очень нравится...

— Да, неприятное.

Здесь можно перекинуть мостик в сторону практик внимательности, и сказать о том, что эта "чистота" чистого языка — это как ясное голубое небо. В буддистских подходах часто используется эта метафора, что наша природа ясная, как небо. И солнце всегда светит, но иногда есть облака, которые это загораживают. Тучки, которые мешают ясно увидеть чистое небо, и то, как на самом деле обстоят дела. Мы не видим реальность как она есть, потому что нам мешают облака. И вот, если говорить о чистом языке, то он как раз позволяет эти облака убрать. А что такое облака? Это наши предубеждения, суждения, оценки. Наш опыт эмоциональный, который с нами когда-то произошёл и сейчас влияет на наше восприятие. Вот это всё — некие облака. Чистый язык позволяет эти облака немножечко развеять. И тогда появляется возможность по-настоящему ясно увидеть, что же происходит, где я, и что мне теперь с этим со всем делать?

— Могла бы ты дать какие-то для наших слушателей рекомендации или упражнения, или может быть даже несколько вопросов из чистого языка, чтобы они могли в своей жизни немножко с этим поэкспериментировать?

Дай-ка я подумаю, что это могло бы быть. Вот, допустим, ссоритесь вы с супругом. Он предлагает какие-то решения, или, может быть, он чего-то хочет и непонятно, почему он гневается. А вы спросите его: «Что бы ты хотел, чтобы произошло прямо сейчас?» — и мне кажется, что ответ может удивить. И ответ ребёнка на этот вопрос может удивить. И самому себе этот вопрос хорошо бы задавать почаще: «Что я хочу, чтобы произошло прямо сейчас?»

— Я его как-то внутренне себе задала, и мне сразу стало легче. Мне показалось, что можно не ходить километрами окольных путей и быстрее попадать в своё желание. И понимаешь, чего ты действительно хочешь прямо сейчас.

И так мы заботу к себе проявляем. Сразу возникает чувство тепла внутри, какой-то отклик: «Смотри-ка, какой я самой себе задаю вопрос!»

— Кать, я очень благодарна тебе, что мы поговорили. И я очень рада, что именно с этой темы мы начали. Это первый выпуск моего подкаста с героем. Для меня это как настройка, когда инструмент, который ещё не разыгран, на котором ещё пока мало опыта игры, который настраивают. И вот я сейчас настраиваю, собственно, и себя, и вот это своё маленькое радио. И я очень рада, что мы его настраиваем такой чудесной темой и таким чудесным специалистом, как ты.

Спасибо большое, Лена. Для меня было большим удовольствием рассказать про это.

Приглашаем подростков на курс по практике внимательности.
Стартует 16 марта, информация и регистрация: http://tishbite.me/opening
Made on
Tilda